Только мертвые не потеют фильм

  • Продолжительность: 104 мин.
  • Жанр:Ужасы .
  • Страна:Великобритания.
  • Режиссер:Ховард Дж. Форд .
  • Сценарий:Ховард Дж. Форд.
  • Продюсеры:Ховард Дж. Форд .
  • Оператор:Джон Форд.
  • Премьера в США: 00.00.2009 . »
  • Качество: HDTVRip
  • Звук: Профессиональный одноголосый

Потерпев авиакатастрофу, но выжив, герой фильма лейтенант Брайан Мерфи не исчерпал запас «везения». На «черном континенте» его встретили неприветливо, и вскоре Мерфи узнал о причинах того, почему местные жители невеселы, а порой даже озлоблены. Виной всему — зомби, живые мертвецы, восстающие из могил и поедающие людей. С этими чудовищами и предстоит сразиться лейтенанту, на пару с Дэниелом Дембеле, единственным, кто помогает «белому человеку»…

Не трэш, как может показаться взглянув на постер. Но все равно не понравился. Скучно. Пожалуй было в новинку, что зомби-эпидемия началась в Африке. Никаких мегаполисов, только бедные африканские деревни. Хотя почему нет? Если жизнь зародилась на «черном континенте», возможно, там и будет «начало конца».

Фильм без особых изысков,спецэффектов и нереальных моментов,все намного проще. Мы просто наблюдаем за тем,как два главных героя пытаются выжить. Один хочет выбраться,второй найти сына. С одной стороны, кажется,что фильму не хватает динамики,взрывных моментов,но они тут попросту не нужны,своей простотой он и подкупает,это его огромный плюс в отличии от прочих фильмов про зомби. И хоть сначала было желание выключить,больше с не привычки,наверное,но рад,что этого не сделал

Довольно таки интересный фильм,но однообразный. Досмотрел со второго раза. Фильму не хватает ярких и взрывных моментов,все как то на одной волне. Можно уснуть.

Смотрел когда то данный фильм на другом портале, сейчас пересмотрел вновь фрагментами. Посмотрел, конечно фильм далеко не идеальный от классических ужастиков про зомби, но всё же посмотреть раз для разнообразия можно.
Сюжет хоть и про одну из самых избитых тем, но смотрится с долей оригинальной инсценировки. Снят фильм неплохо и довольно хорошо просматриваются режиссёрские примочки, порой даже пугающие. Актёры неплохо и почти реалистично смотрелись. Зомбари вели практически естественно. Саунды к фильму подобраны как для боевика, триллера и местами даже для ужасов .Спецэффекты создавали к фильму хорошие, реалистичные, и сразу видно что не из дешёвых. Но вот добило меня лично, сама динамика происходящего, не совсем всё реалистично смотрелось. В развязке фильма ничего такого особого не произошло, но для разнообразия от нечего делать на раз пойдёт слабенькая 4 из 10

Сойдет. Выживальщикам и поклонникам жанра смотреть) Правда зомбики ну ооооочееень меееедленные.

Забрал в коллекцию. Сюрвайвал!

Некое предисловие к жанру «постапокалипсис зомби»,уверен,случись это в действительности,именно оттуда и попёрло бы всё.

Меньше слов — дешевле телеграмма, възглянем.

ходят какие-то непонятно ну типа калеки не смотреть

для низкобюджетного сойдёт!

А почему зомби едят только живых? Как они могут различать между мертвыми и живыми? Какая им вообще разница, живых есть или мертвых — ведь они сами уже мертвые? И что это за фигня такая с избирательным методом пожирания у безмозглых ходячих трупов? Какой смысл зомби поедать мясо, если его тело не способно восстанавливаться на уровне живой биологической ткани? Каким образом мозг умершего человека (трупа) ощущает чувство голода, если его клетки мертвы? С другой стороны — если мозг на это способен, значит он не умер, а потому очередной вопрос: каким образом происходит поддержание жизнедеятельности клеток мозга в голове трупа, если циркуляция крови и газообмен в тканях полностью отсутствует.
———————————————
Сколько фильмов про зомби уже переснято-пересмотрено — и хоть бы на один из этих вопросов услышать более-менее вразумительный ответ. Нет, видимо, не судьба.

Вполне смотрибельно 7/10 .Должно порадовать любителей зомбаков.

Смотреть, че. Нормуль. Прямо-таки сиквел приквела франчайзинга трейлера к игре Resident Evil 5.

Ну и почему смотреть? Если в фильмах про шустрых зомбаков идея состоит в необходимости перед угрозой смерти, то в фильмах про медленных — в неизбежности этой самой.

Какой смертью вы хотите умереть, если она неизбежна? (А никакой, поживем исчо )

Да,- не шедевр, но и плохим не назвать.

Меня одно раздражало на протяжении всего фильма, это то, что где бы не оказались главные герои, там сначало не было зомби, но к концу обязательно появлялись зомби со всех сторон и сразу большой толпой! , откуда зомби знают что они там?! В этом ошибка авторов фильма. А так вообщем сюжет не плохой, моя оценка 5/10.

Хаха зомби негры

ну не знаю для каких таких любителей этот фильм подайдёт.

фильм пойдет для любителей зомбиков 6 из 10

Медленные зомби- вот чего я всегда хотел бы видеть в фильмах после ромеровской трилогии(+ земля мёртвых)
О фильме- он достоин моего внимания

Единственная причина, почему я решил досмотреть этот фильм до конца, так это то, что в нем нет проамериканской пропаганды, их заносчивой навязчивости, надоевшей и лишь портящей и тупящей, сжимающей все фильмы. Этот посмотреть можно, конечно, только один раз в два года, потому что сценарий у него однотонный, однако он полный и свободный — не подпертый, повторю, американской идеей.

Фильм даже «под пивко» не пошел, не досмотрел, терпение кончилось

мне не понравился, очень затянут. зомби хиловаты, еле плетутся. я очень люблю фильмы про зомби, но этот не катит, но смотреть можно 5/10

Куда ты не пойдёш зомби встретиш.Полная безнадёга.

Очень хороший фильм,он просто уникален 10/10

да в африке большой контингент на роль зомби из за голода и всяких вирусных заболиваний .в мегаполисе их не найдёшь.

Отличный фильм! Классика жанра! Забираю в коллекцию. 8 из 10

Мне не понравился! Зомби- негры! Еле ползают, берутся можно сказать в одну секунду и из воздуха! Не трашно.

А мне понравился, интересный фильмец!

Подзатянуто. Зомби то слишком медлительны — чуть ли не перочинным ножичком можно покромсать на тонкие пластики, пока они подходят, то «оживают» и поактивнее становятся, когда на свежатинку-человеченку уже набрасываются. Хотя. Может, их африканское солнышко тоже разморило, ибо бродят еле-еле как раз в пустыне на пленере. А в деревнях, в тенечке, повеселее им.

Можно было бы экшена и рубилова-кровищи побольше добавить, имхо.

мёртвые негры убивают живых негров, живой белый убивает много мертвых негров и немного немертвых негров;
«Мертвый негр лежит и хип-хоп танцевать не идет» («Запрещенные барабанщики» OST «Мертвые ниггеры&quot

обычный дешевый фильм про медленно ходячих зомби и как их военные отстреливали. так себе. не очень, на 3

Зомби ничего, а в остальном слабый фильм

не смотреть (жалкое подобие резидент ивол 5)

В этом фильме показана психология поведения человека, в критических ситуациях. Ничего лишнего, люди не делают глупых поступков, тщательно планируют свои действия, объединяются, ищут пути и решения!
На мой взгляд интересное кино! из десяти баллов ставлю семь.

Вот порадовали фильмом. Все нервы вымотали и ещё финал — мама не горюй! Как будто отыграла в хорошее мочилово, вроде «Мертвого космоса». Забираю в копилку. Зомбаки — прелесть.

Фильм очень даже не плохой. Хорошо показаны зомби(без лишней агрессии). То что немного затянут это есть. Конец порадовал, в большинства американских фильмах присутствует хеппиэнд, а тут нет. Вообщем, этот фильм я оцениваю 9 из 10 (-1 балл за затянутость).

источник

Служкин проторчал на остановке двадцать минут, дрожа всеми сочленениями, и, не выдержав, пошел к Кире домой.

– Ты чего так рано? – удивилась Кира. Она была еще в халате.

– Выброси свои ходики на помойку, – буркнул Служкин. – Кино начнется через полчаса.

– Черт, – с досадой сказала Кира. – Ну ладно. Подожди меня тут.

– На лестнице? – разозлился Служкин, ловко выставляя ногу и не давая закрыть дверь. – Пятый класс для меня уже пройденный этап.

Кира помолчала, разглядывая его.

– Ладно, пройди. Но я тебя не приглашала. Смотри не пожалей.

– Не из жалостливых… – проворчал Служкин, впираясь в прихожую.

– Ну, я объясняла тебе, в кино иду, – уйдя в комнату переодеваться, раздраженно сказала кому-то Кира.

В комнате послышался хруст дивана, щелканье ременной пряжки, и на порог вышел атлетически сложенный молодой человек с квадратными плечами.

– Этот, что ли, тут самый крутой? – оглядев Служкина, спросил он.

– Вернись и не лезь в бутылку! – одернула его Кира.

В лифте, взяв Служкина под руку, Кира насмешливо сказала:

– Ты, наверное, хочешь спросить, кто это был?

– Я и так знаю. Брат. Или сантехник.

– И как ты к этому относишься?

– Никак. – Служкин пожал плечами. – Атлет объелся котлет.

– Вообще-то он тебе соперник.

Они спустились с крыльца и зашагали по мокрому асфальту. Недавно выпавший снег не удержался, растаял, а грязь замерзла. Газоны, по которым разворачивались легковушки в тесном дворе, превратились в барельефы, в черную фигурную лепнину. Студеная поздняя осень старчески слепла. Туманная морось покачивалась между высокими многоэтажками. С их крыш медузой обвисало рыхлое и дряблое небо.

– Если тебе все безразлично, давай вернемся, – сердито сказала Служкину Кира, памятуя об атлете.

– Ты же сама хотела пойти этот фильм посмотреть. Билеты на руках, Будкин вечером нас встретит. Поздно оглобли поворачивать. И вообще, я же предупреждал, что не люблю американские боевики…

– А я вот люблю, и будь добр это стерпеть. Только в них и можно настоящего мужика увидеть.

Они успели приехать вовремя и даже не очень пострадали в автобусе. На щите перед кинотеатром был изображен летящий в звездном небе мотоцикл с голой девкой верхом. Гардероб в фойе не работал, вешалки торчали за барьером как рога оленей. В зеркальном, музыкальном и разноцветно иллюминированном баре красивая продавщица торговала баночным пивом и сигаретами. По фойе слонялась толпа крепышей в расстегнутых пуховиках. Крепыши были с девушками; они, угрожающе глядя исподлобья, пили пиво, мяли банки и с грохотом бросали их в урны.

– Новое поколение выбирает опьянение… – бормотал, озираясь, Служкин. – Молодежь тянется к культуре: пришла узнать, чем отличается Тинторетто от «Амаретто»…

– Слушай, помолчи, – поморщилась Кира.

Но Служкин на всем скаку остановиться не мог. Они прошли в зал, сели, фильм начался, а Служкин все еще дребезжал:

– Многомиллионный город терроризирует маньяк-убийца, – подражая интонациям рекламного ролика, шептал он. – Полицейский-одиночка вступает в единоборство с бандой. Погони, схватки, каскад головокружительных трюков, настоящие мужчины и прекрасные женщины – все это в новом американском супербоевике «Мертвые не потеют». В главных ролях – неподражаемые Реп Паренн и Хруст Реббер…

Сюжет фильма был замысловат. Злобный Маньяк крошил всех подряд, носясь на мотоцикле во главе Банды. Банда гнездилась на верхнем Этаже заброшенного небоскреба. Лестницы в нем были взорваны. К себе на Этаж Банда попадала, прыгая с разгона на мотоциклах с крыши соседнего, тоже заброшенного небоскреба.

– Это главная художественная находка авторов фильма, – прокомментировал ситуацию Служкин.

Банда поймала Девку и изнасиловала ее. Причем сам Маньяк делал это, привязав Девку к мотоциклу и носясь по крыше. Потом Банда выбросила Девку вниз со своего миллионного Этажа. Девка, естественно, шлепнулась в машину с мусором и выжила. Девка пошла скандалить в полицию. А начальником полиции был брат-близнец Маньяка. Он Девку арестовал и хотел вернуть огорчившейся Банде, чтобы та все-таки прикончила Девку как следует. Девку охранял Лучший Друг Полицейского. Когда Банда пришла за Девкой, он в страшной Битве погиб, защищая жертву, но успел направить Девку к своему лучшему другу – Полицейскому. Девка застала Полицейского дома одного, он в слезах листал альбом с фотографиями Лучшего Друга.

– А по выходным он обычно ловит сачком бабочек, – развил образ Полицейского Служкин.

Полицейский был необыкновенно молчаливым и нелюдимым типом. Начальство он презирал, никогда с ним не разговаривал и всегда поступал вопреки приказам. Девку он ненавидел, а Маньяка вообще не считал за млекопитающее. Во всех случаях жизни он произносил только одно слово «Фак!».

– Сейчас Полицейский станет всех рубить в капусту, а начнет с самого наглого и мозглявого, – предупредил Служкин.

– Если ты уже смотрел, то дай и мне! – прошипела Кира.

– Разве бы я выдержал дважды прожевать эту ботву?…

Дело пошло по служкинскому прогнозу. Братец-Начальник упек Полицейского за решетку, а Девку отдал Банде. Маньяк повез Девку убивать.

– Дурак, – расстроился за Маньяка Служкин. – Ему надо было сделать пластическую операцию и сдаться русским. Может, и выжил бы.

Но Маньяк был глупее Служкина и жить совсем не хотел. Он привез Девку на свой пресловутый Этаж, опять раздел ее и привязал к «Харлей Дэвидсону», собираясь с Бандой повторить всю Программу. Тем временем Полицейский поднял в тюрьме Бунт, все там погнул и сломал и убежал, повиснув на шасси вертолета. Потом Нью-Йоркский воздушный флот начал биться с ним среди громад Манхэттена. Из горящего вертолета Полицейский спрыгнул на Этаж Маньяка. Свой геликоптер, потерявший актуальность, он направил на соседний дом, с которого Банда и прыгала в свое логово. Дом разнесло к едрене-фене. Пока Полицейский разделывался с Бандой, Маньяк быстро поумнел и решил удрать. Девка погналась за ним, напялив шлем, но ничем не прикрыв срама. Маньяк, Девка и Полицейский дружной стайкой долго носились по карнизам и балконам на мотоциклах. Наконец, Маньяк изловчился прыгнуть, как обычно, на соседний дом – а дома-то уже и не было. И он гробанулся о мостовую так, что оторвалась непутевая Голова. Голова, кстати, прилетела точно в машину Сенатора, который совсем запутался в близнецах и темных делишках и хотел взорвать Нью-Йорк атомной бомбой. А Полицейский пулей – конечно, последней – разнес колесо у мотоцикла Девки, которая хотела повторить полет Маньяка. Девка осталась жива и долго целовалась с Полицейским на фоне финальных титров.

Свет в зале зажегся, и публика, уважительно покрякивая, вразвалку двинулась к выходу.

– Ты мне испортил все удовольствие, – вставая, с холодным бешенством сказала Служкину Кира.

Служкин только стонал и держался за голову, волоча ноги.

Они вывернули из-за угла кинотеатра на площадку. Уже совсем стемнело – по-осеннему густо, мглисто, неровно. Синий неоновый свет передней стеклянной стены кинотеатра выпукло и однотонно выделял ряд блестящих автомобилей, похожих на клавиши рояля.

– Вон наш экипаж. – Служкин кивнул на будкинскую «вольво».

Кира неохотно взяла Служкина под руку.

И тут из темноты возле машины появилось пятеро каких-то типов. Трое остановились в стороне, один подошел к капоту, а еще один сунулся в открытое окошко, где светилась багровая искра сигареты Будкина. О чем была беседа, никто не слышал, но тип у дверки полез в окно рукой, чтобы открыть машину. Второй тип по-хозяйски уселся на капот.

Через мгновение тот парень, что лез в машину, вдруг растопырил руки, словно восклицая: «Да ба-а!…» – и задом сел в грязный газон. Дверка открылась, Будкин вылез и деловито съездил снизу в челюсть седоку на капоте – тот, мелькнув подошвами, кувыркнулся на другую сторону. От троицы отделился еще один боец, который добежал до Будкина, а потом резко развернулся и поковылял прочь. Он скрючился, выпятив зад и обеими руками скомкав в горсть штаны в паху – так отжимают плавки купальщики, не желающие раздеваться. Через миг вся компания исчезла в кустах.

Кира присвистнула и сощурилась, разглядывая Будкина.

– За что бился? – подходя, спросил Служкин.

– Парнишки номером автобуса ошиблись, – пояснил Будкин.

– Знакомься, старый пень: это Кира, моя… м-м… коллега.

– Очень приятно. – Будкин сдержанно приложился к ручке Киры.

– Ну, гони к цыганам, – распорядился Служкин.

– Я бы покаталась, – нейтрально заметила Кира.

– Э-э… – озадачился Служкин. – Я же отец семейства, народный учитель… Мне домой надо.

Они втроем замолчали. Будкин грустно поглядел на Киру, тяжко хехекнул и отошел в сторону покурить.

– Ты что-то хочешь спросить? – поинтересовалась Кира у Служкина.

– Да, в общем, нет, – подумав, сказал Служкин и открыл перед ней переднюю дверцу.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Лучшие изречения: При сдаче лабораторной работы, студент делает вид, что все знает; преподаватель делает вид, что верит ему. 9211 — | 7263 — или читать все.

195.133.146.119 © studopedia.ru Не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования. Есть нарушение авторского права? Напишите нам | Обратная связь.

Отключите adBlock!
и обновите страницу (F5)

очень нужно

источник

Чего не мог предвидеть Хармс, так это того, что для будущих поколений жизнь мертвецов окажется во многом гораздо привлекательнее бытия еще живых. Снятая Сэмом Рейми трилогия о похождениях зловещих мертвецов повлияла на духовное развитие юных россиян. Видимо, причина столь сильного воздействия в том, что для многих сограждан в СССР не существовало не только секса, но и смерти. Особенно перепахала юные души мысль, что.

Восставшие из кинозала: кровавая жизнь фильмов ужасов растворяется в реальности

Читайте также:  Как потеть по минимуму

Покойников зря называют покойниками. Они, скорее, беспокойники.

В один из весенних воскресных дней 1990 года в России выбирали народных депутатов, и по этому случаю подростковое любопытство привело меня в расположенное по соседству здание «Водоканалтреста», где находился избирательный участок.

В фойе обнаружился включенный телевизор, перед телевизором сидели члены избирательной комиссии и смотрели видео. Багрового цвета копию фильма «Зловещие мертвецы-2». С гундосым переводчиком, чей голос добавлял происходящему на экране инфернальности.

В позднеперестроечные годы города Советского Союза обросли, словно грибами, видеосалонами. Рядом с домом, где и ныне живу, работали по меньшей мере три: в парке, по соседству с военкоматом, в детской библиотеке. Там за пятьдесят, что ли, копеек показывали прыжки Джеки Чана и Брюса Ли. За «Эммануэль» взимали рубль. Зрители – неопределимых возрастов, обычно без дам – угрюмо выползали в назначенный час из своих подворотен, рассаживались на жестких стульях, полтора часа без каких-либо эмоций наблюдали за шевелящимися на телеэкране розовыми пятнами, и с финальными титрами исчезали, так и не выразив своей эстетической оценки увиденному.

А вот фильм ужасов мне впервые довелось смотреть вместе с членами избиркома. «Зловещие мертвецы-2» оказались зрелищем крайне потешным. Нынешнему поколению, как говорится, не понять. Кого сейчас напугаешь бесхитростной историей простого американца, который с подружкой приехал в небольшой, затерянный в лесах домик и обнаружил в одной из комнат древнюю Книгу мертвых, после чего в подружку вселились демоны, и главному герою пришлось вместо того, чтобы жениться на девушке, оттяпать ей голову?

Впоследствии в школе я производил на одноклассниц пугающее впечатление пересказом некоторых наиболее занимательных эпизодов. Главного героя приблизительно в середине картины и самого покусали за руку зловещие мертвецы. Рука сошла с ума и попыталась придушить своего обладателя, а когда попытка провалилась, начала разбивать об его голову тарелки и вообще по-хамски себя вела. Главный герой, недолго думая, отпилил кисть мерзавки бензопилой (без которой фильм ужасов – все равно, что картина Григория Александрова без Любови Орловой), и рука поползла прочь от него по стене, бормоча ругательства на тарабарском языке. Тут герою в оставшуюся конечность попалась двустволка, и он пристрелил собственную кисть, после чего из дыры в стене хлынул фонтан крови, окативший незадачливого борца с мертвецами с головы до ног.

Члены избирательной комиссии, солидные дяди и тети лет сорока-пятидесяти, восприняли происходившее на экране с детским восторгом. Один, помню, все хлопал себя по коленкам и восклицал: «Последняя стадия алкоголизма. »

«Покойники, – рассуждал какой-то персонаж Даниила Хармса, – народ неважный. Их зря называют покойниками, они, скорее, беспокойники. За ними надо следить и следить. Спросите любого сторожа из мертвецкой. Вы думаете, он для чего поставлен там? Только для одного: следить, чтобы покойники не расползались. Один покойник, пока сторож по приказанию начальства мылся в бане, выполз из мертвецкой, заполз в дезинфекционную камеру и съел там кучу белья. Дезинфекторы здорово отлупцевали этого покойника, но за испорченное белье им пришлось рассчитываться из своих собственных карманов».

Эти строки, написанные в далеком 1939 году, спустя пятьдесят лет оказались сбывшимся пророчеством. Чего не мог предвидеть Хармс, так это того, что для будущих поколений жизнь мертвецов окажется во многом гораздо привлекательнее бытия еще живых.

Не раз доводилось обнаруживать, что снятая Сэмом Рейми трилогия о похождениях зловещих мертвецов повлияла на духовное развитие многих моих ровесников. Стоит упомянуть ее название в приятельском кругу – и глаза окружающих загораются: что, признаться, в данном случае даже слегка пугает. Одному более всего запомнилось, как в самый разгар киновакханалии висящая на стене голова оленя с рогами начинает недобро ржать. «Я думаю, это уж за пределами всех стадий избирательского алкоголизма», – признался мой собеседник и нахмурился. Честное слово, с ним не хотелось в тот момент спорить.

Или вот ностальгические воспоминания о другой сцене из первой части трилогии, найденные на одном из Интернет-форумов: «Элен Сэндвайс (в роли Шерил, сестры Эша) круто отдалась деревьям. И тут мастерство! Попробуй хотя бы представить, что тебя насилует лиственный лес! И то трудно! В общем, фильм красивый».

Видимо, причина столь сильного воздействия на тогдашнего отечественного зрителя в том, что для многих граждан Советского Союза не существовало не только секса, но и смерти. В капиталистических странах, прежде всего в потусторонних Соединенных Штатах Америки, мертвецы не только расплодились в чудовищных количествах (наверняка, вытеснив с земли живых людей!), но и вели вполне полноценное, я бы даже сказал, полнокровное существование, становясь персонажами массы книг и фильмов, эдаким гниющим олицетворением Успеха! Шок моих соотечественников при виде героев Рейми был сродни катарсису, который ощутил лесковский Левша, обнаружив, что в Англии ружья кирпичом не чистят.

Особенно перепахала юные души мысль, что после смерти мы будем в полнолуние вставать из могил, пугая, а то и сжирая без остатка одиноких прохожих, которая вытеснила из мозга пионеров и комсомольцев веру в близость коммунизма. В этом смысле роль Майкла Джексона, самозабвенно сыгравшего танцующего вурдалака в клипе «Триллер», помимо того, что оказалась пророческой для самого певца, в российских условиях сравнима с литературной и общественной деятельностью Александра Солженицына.

«Кошмар на улице Вязов» и «Зловещие мертвецы» – фильмы одной эпохи, однако первый из упомянутых циклов ныне кажется гораздо более устаревшим. А все потому, что Джонни Деппа, зажеванного кроватью, зрителю жалко. Поклонник же «Зловещих мертвецов» во время сцены особо кровавого расчленения радостно уминает чипсы и кричит: «Аааааа. Прикольно. Еще. ЕЩЕ. »

Так и в России девяностых, читая в газетах об очередном покушении с расчленением, никто не сошел с ума. Кто не участвовал, тот наблюдал из окна в бинокль. Некоторые снимали на любительскую видеокамеру, чтобы отослать на телевидение и получить приз. Выпуски криминальных новостей делали те, кто несколько лет назад боязливо заходил в душный видеосалон. Страна медленно, но неуклонно училась жить в гармонии с собственным внутренним мертвецом. Кормила мертвеца супом и «паленой» водкой, читала ему на ночь детектив.

Новостями, тем временем, дело и ограничилось. Создать для большого экрана что-то конкурирующее с реальностью никому не удалось. Да и не особо пытались, кажется. Ведь информация продавалась дороже, чем эстетика.

У нас и с обычным-то триллером напряженка. Картонные дяди и тети, тыча друг другу в спины фанерными ножиками, не создают саспенса, не вызывают катарсиса или хотя бы нервного смеха – а ведь Родригесу, кажись-таки удавалось пару раз! Зрителю не с кем идентифицировать себя, а ведь хочется. Вот возьмем меня: включаю телевизор, там сорок вторую подряд серию продажные менты борются с честными бандитами. Рад бы посочувствовать хоть кому-нибудь, а в душе-то понимаю: всех этих людей надо убить. Хоть бы пришли, что ли, поскорее зловещие мертвецы или Фредди Крюгер.

Но никто не спешит зажевать диваном Гошу Куценко.

Российский фильм ужасов, чтоб вызвать у публики катарсис, непременно должен быть с социальной подоплекой. А «социалку» у нас финансируют по «остаточному принципу». Это ничего: ведь затраты на спецэффекты минимальны. Обыватель беззащитен пред лицом реальности, его без усилий раздавят купленные в четверг пестренькие обои, телевизионный выпуск новостей, справка, которую необходимо получить в домоуправлении. Милиционер непредсказуемее вурдалака. Для солдата в обычной армейской части любой миг службы готов обернуться мучениями, пред описанием которых бледнеет креативный сценарист любой «Пилы» или «Ганнибала».

Вы заходите в открывшийся по соседству круглосуточный супермаркет затариться чипсами и стараетесь не думать, что в полночь (не в эту, так в другую) чипсы вылезут из пестрых промасленных пакетов и сожрут зазевавшихся покупателей.

Не спасут ни крестное знамение, ни осиновый кол.

Случайно ли маньяком в напугавшем однажды Никиту Михалкова в «Змеином источнике» – практически первом в России образчике этого жанра, – оказался сельский педагог-подвижник, в промежутке между убийствами девушек застенчиво радующийся почетной грамоте? Доживи он до наших дней – выступал бы на областной педагогической конференции с докладом о благотворных результатах Единого госэкзамена. Получил бы правительственный грант за инновации в обучении подростков.

Потому так напугал зрителей любовно вырезанный Алексеем Балабановым из картона капитан Журов: коллективное русское подсознание отреагировало, как миноискатель.

Молодежь, впрочем, по слухам, хихикала и над Журовым. Потом наиболее грамотные снисходительно написали про «Груз 200» в своих блогах: «А че, прикольный фильмец. »

Не, пацаны, «Зловещие мертвецы» прикольнее были.

источник

История не моя.
Мертвые не потеют. Зато кричат.

Почти все кладбищенские труженики, несмотря на требования начальства, оказались людьми весьма пьющими. Каждый день ближе к вечеру они собирались в служебном вагончике. Там имеются стол, две скамьи, с которых очень легко сползать, тумба и пара обогревателей.
Когда поминки были в самом разгаре, старожилы принялись рассказывать мне страшные истории о том, как по ночам покойники вылезают из могил и гоняются за работниками кладбища. Дескать, нервы тут надо иметь железные, мы-то привыкли, не обращаем внимания, а ты новенький, долго не выдержишь.
Крики мертвых здесь слышали все. Обычно они кричат в воскресенье вечером. Сначала тихий, едва уловимый стон, потом натуральные вопли.
— Со стороны 60-х участков, где похоронен целый экипаж самолета, разбившегося лет десять назад, несется даже не крик, а плач, — жуя бутерброд с колбасой, заверил один из старожилов.
— Работал у нас тип, — присоединился другой ветеран лопаты. — Однажды в воскресенье он здесь день рождения отмечал. Посидели, выпили. Народ разбежался, а имениннику приспичило по кладбищу побродить. Дошел он до тех самых могил и видит — посетители там. Летчики в форме и девушка. Стоят возле памятников и вроде как плачут. Наш-то человек подумал: «Предложу-ка я им песочку купить или оградку установить», — но как только они его заметили, прямо на глазах в землю ушли. Просто растворились… Как он орал! На следующий же день уволился.
— А сам-то ты крики мертвых слышал? — поинтересовался я.
— Было дело. Как-то раз я пол-кладбища обежал, искал, где ребенка оставили. Явственно слышу детский плач. Звонкий такой, отчаянный. Бегаю между могил, суечусь. Чувствую, плач идет из-за плиты рядом. Забегаю — никого. И сразу все стихло. А на плите надпись «Кирюша Соколов, 1988—89». Видно, почувствовал меня и успокоился. Дети одиночества не переносят.
Вообще под хмельком некоторым копателям голоса слышатся довольно часто. Но поддатые трудяги, как ни странно, их не пугаются — напротив, отправляются на поиски покойников, которые якобы таким образом выходят с ними на связь.
Кстати, знаменитый врач-маньяк Алексей Сударушкин, который спасал одних безнадежно больных детей, а потом зверски убивал других, сидя в камере смертников, вспоминал: «Когда я вскрывал мертвых детей, слышал голоса: жалобные и плачущие. Сначала думал — слуховые галлюцинации. Потом разговорился с рабочими крематория. Они признались, что слышали крики душ, когда сжигали трупы. И у меня, стало быть, души младенцев плакали, им было больно. Я боялся сойти с ума. Но вскоре все прошло. Я привык к голосам и даже стал под них подстраиваться. Вводил трупу наркоз, и голоса исчезали. Тогда душам не было больно».
Недавно один весьма пьяненький землекоп раскопал за два часа четыре могилы. Но местные дворняги подняли вдруг дикий лай, и сторожа вызвали милицию. Когда блюстители правопорядка поинтересовались у землекопа, зачем он вскрыл могилы, тот ответил, что хотел освободить девушку, спящую летаргическим сном в одном из гробов. Но ему не поверили. Заставили закопать все обратно и вытолкали вон.
Еще здесь любят пересказывать историю о том, как в самый первый год существования погоста местной шпане захотелось испытать собственную смелость. Их заводила поклялся пробежать по кладбищу голышом и вернуться с охапкой цветов. Разделся, врубил магнитофон и помчался в темноту. Пять минут спустя музыка оборвалась. Ребята искали его до рассвета. Но никого не нашли. Потом он вроде объявился, но про кладбищенскую затею ничего не помнил — память как отшибло.
В принципе землекопы, как я заметил, народ дружный. Но иной раз и между ними случаются битвы почище Куликовской. Например, год назад один могильщик, упившись до одури, стал призывать закапывать не только мертвых. Потом гонялся с киркой за старым кладбищенским псом по кличке Зарывай. Истошный собачий вопль согнал к вагончику мужиков. Завязалось настоящее побоище, из которого неповрежденным вышел разве что сам пес: про него в перепалке просто забыли.

источник

Посмотрела очередной боевик с Брюсом Уиллисом в главной роли. Названия не знаю, т.к. фильм смотрела не с начала, а TV-программы у меня, как водится, нет. Да это, в общем-то, и неважно. Брюс опять выступал в роли героя-одиночки, спасая на этот раз аутичного мальчика, который в силу своего аутизма обладает гениальными способностями (хоть бы раз увидеть такого ребенка в реале!). Помогал Брюсу его Лучший-Друг-Из-ФБР (странно, но по ходу сюжета он почему-то не погиб). В общем, вся эта шняга до боли напомнила мне отрывок из повести нежно любимого мною Алексея Иванова “Географ глобус пропил”. Который я здесь с удовольствием привожу.

“Они прошли в зал, сели, фильм начался, а Служкин все еще дребезжал:
Многомиллионный город терроризирует маньяк-убийца, — подражая интонациям рекламного ролика, шептал он. — Полицейский-одиночка вступает в единоборство с бандой. Погони, схватки, каскад головокружительных трюков, настоящие мужчины и прекрасные женщины — все это в новом американском супербоевике “Мёртвые не потеют”. В главных ролях — неподражаемые Реп Паренн и Хруст Реббер.

Сюжет фильма был замысловат. Злобный Маньяк крошил всех подряд, носясь на мотоцикле во главе Банды. Банда гнездилась на верхнем Этаже заброшенного небоскреба. Лестницы в нем были взорваны. К себе на Этаж Банда попадала, прыгая с разгона на мотоциклах с крыши соседнего, тоже заброшенного небоскреба.

— Это главная художественная находка авторов фильма, — прокомментировал ситуацию Служкин.

Банда поймала Девку и изнасиловала ее. Причем сам Маньяк делал это, привязав Девку к мотоциклу и носясь по крыше. Потом Банда выбросила Девку вниз со своего миллионного Этажа. Девка, естественно, шлепнулась в машину с мусором и выжила. И пошла скандалить в полицию. А начальником полиции был брат-близнец Маньяка. Он девку арестовал и хотел вернуть ее огорчившейся Банде, чтобы та все-таки прикончила Девку как следует. Девку охранял Лучший Друг Полицейского. Когда Банда пришла за Девкой, он в страшной Битве погиб, защищая жертву, но успел направить Девку к своему лучшему другу — Полицейскому. Девка застала Полицейского дома одного, он в слезах листал альбом с фотографиями Лучшего Друга.

— А по выходным он обычно ловит сачком бабочек, — развил образ Полицейского Служкин.

Полицейский был необыкновенно молчаливым и нелюдимым типом. Начальство он презирал, никогда с ним не разговаривал и всегда поступал наоборот приказам. Девку он ненавидел, а Маньяка вообще не считал за млекопитающее. Во всех случаях жизни он произносил только одно слово “Фак!”.

— Сейчас Полицейский станет всех рубить в капусту, а начнет с самого наглого и мозглявого, — предупредил Служкин. — Если ты уже смотрел, то дай и мне! — прошипела Кира. — Разве бы я выдержал дважды прожевать эту ботву.

Дело пошло по Служкинскому прогнозу. Братец-Начальник упек Полицейского за решетку, а Девку отдал Банде. Маньяк повез Девку Убивать.

— Дурак, — расстроился за Маньяка Служкин. — Ему надо было сделать пластическую операцию и сдаться русским. Может, и выжил бы.

Но Маньяк был глупее Служкина и жить совсем не хотел. Он привез Девку на свой пресловутый Этаж, опять раздел ее и привязал к “Харли Дэвидсону”, собираясь с Бандой повторить всю Программу. Тем временем Полицейский поднял в тюрьме Бунт, все там погнул и сломал и убежал, повиснув на шасси вертолета. Потом Нью-Йоркский воздушный флот начал биться с ним среди громад Манхэттена. Из горящего вертолета Полицейский спрыгнул на Этаж Маньяка. Свой геликоптер, потерявший актуальность, он направил на соседний дом, с которого Банда и прыгала в свое логово. Дом разнесло к едрене-фене. Пока Полицейский разделывался с Бандой, Маньяк быстро поумнел и решил удрать. Девка погналась за ним, напялив шлем, но ничем не прикрыв срама. Маньяк, Девка и Полицейский дружной стайкой долго носились по карнизам и балконам на мотоциклах. Наконец, Маньяк изловчился прыгнуть, как обычно, на соседний дом — а дома-то уже и не было. И он гробанулся о мостовую так, что оторвалась непутевая Голова. Голова, кстати, прилетела точно в машину Сенатора, который совсем запутался в близнецах и темных делишках и хотел взорвать Нью-Йорк атомной бомбой. А Полицейский пулей — конечно, последней — разнес колесо у мотоцикла Девки, которая хотела повторить полет Маньяка. Девка осталась жива и долго целовалась с Полицейским на фоне финальных титров. Свет в зале зажегся, и публика, уважительно покрякивая, в развалку двинулась к выходу”.

Читайте также:  Почему у меня постоянно потеет голова

источник

История не моя… Мертвые не потеют. Зато кричат.

Почти все кладбищенские труженики, несмотря на требования начальства, оказались людьми весьма пьющими. Каждый день ближе к вечеру они собирались в служебном вагончике. Там имеются стол, две скамьи, с которых очень легко сползать, тумба и пара обогревателей. Когда поминки были в самом разгаре, старожилы принялись рассказывать мне страшные истории о том, как по ночам покойники вылезают из могил и гоняются за работниками кладбища.

Дескать, нервы тут надо иметь железные, мы-то привыкли, не обращаем внимания, а ты новенький, долго не выдержишь. Крики мертвых здесь слышали все. Обычно они кричат в воскресенье вечером. Сначала тихий, едва уловимый стон, потом натуральные вопли. — Со стороны 60-х участков, где похоронен целый экипаж самолета, разбившегося лет десять назад, несется даже не крик, а плач, — жуя бутерброд с колбасой, заверил один из старожилов. — Работал у нас тип, — присоединился другой ветеран лопаты. — Однажды в воскресенье он здесь день рождения отмечал.

Посидели, выпили. Народ разбежался, а имениннику приспичило по кладбищу побродить. Дошел он до тех самых могил и видит — посетители там.

Летчики в форме и девушка. Стоят возле памятников и вроде как плачут. Наш-то человек подумал: «Предложу-ка я им песочку купить или оградку установить», — но как только они его заметили, прямо на глазах в землю ушли.

Просто растворились… Как он орал! На следующий же день уволился. — А сам-то ты крики мертвых слышал? — поинтересовался я. — Было дело. Как-то раз я пол-кладбища обежал, искал, где ребенка оставили. Явственно слышу детский плач. Звонкий такой, отчаянный.

Бегаю между могил, суечусь. Чувствую, плач идет из-за плиты рядом. Забегаю — никого.

И сразу все стихло. А на плите надпись «Кирюша Соколов, 1988—89». Видно, почувствовал меня и успокоился. Дети одиночества не переносят. Вообще под хмельком некоторым копателям голоса слышатся довольно часто.

Но поддатые трудяги, как ни странно, их не пугаются — напротив, отправляются на поиски покойников, которые якобы таким образом выходят с ними на связь. Кстати, знаменитый врач-маньяк Алексей Сударушкин, который спасал одних безнадежно больных детей, а потом зверски убивал других, сидя в камере смертников, вспоминал: «Когда я вскрывал мертвых детей, слышал голоса: жалобные и плачущие. Сначала думал — слуховые галлюцинации.

Потом разговорился с рабочими крематория. Они признались, что слышали крики душ, когда сжигали трупы. И у меня, стало быть, души младенцев плакали, им было больно.

Я боялся сойти с ума. Но вскоре все прошло. Я привык к голосам и даже стал под них подстраиваться. Вводил трупу наркоз, и голоса исчезали.

Тогда душам не было больно». Недавно один весьма пьяненький землекоп раскопал за два часа четыре могилы. Но местные дворняги подняли вдруг дикий лай, и сторожа вызвали милицию. Когда блюстители правопорядка поинтересовались у землекопа, зачем он вскрыл могилы, тот ответил, что хотел освободить девушку, спящую летаргическим сном в одном из гробов.

Но ему не поверили. Заставили закопать все обратно и вытолкали вон. Еще здесь любят пересказывать историю о том, как в самый первый год существования погоста местной шпане захотелось испытать собственную смелость. Их заводила поклялся пробежать по кладбищу голышом и вернуться с охапкой цветов.

Разделся, врубил магнитофон и помчался в темноту. Пять минут спустя музыка оборвалась. Ребята искали его до рассвета. Но никого не нашли. Потом он вроде объявился, но про кладбищенскую затею ничего не помнил — память как отшибло.

В принципе землекопы, как я заметил, народ дружный. Но иной раз и между ними случаются битвы почище Куликовской. Например, год назад один могильщик, упившись до одури, стал призывать закапывать не только мертвых.

Потом гонялся с киркой за старым кладбищенским псом по кличке Зарывай. Истошный собачий вопль согнал к вагончику мужиков. Завязалось настоящее побоище, из которого неповрежденным вышел разве что сам пес: про него в перепалке просто забыли. Автор: Эльвира

источник

Служкин проторчал на остановке двадцать минут, дрожа всеми сочленениями, и, не выдержав, пошел к Кире домой.

– Ты чего так рано? – удивилась Кира. Она была еще в халате.

– Выброси свои ходики на помойку, – буркнул Служкин. – Кино начнется через полчаса.

– Черт, – с досадой сказала Кира. – Ну ладно. Подожди меня тут.

– На лестнице? – разозлился Служкин, ловко выставляя ногу и не давая закрыть дверь. – Пятый класс для меня уже пройденный этап.

Кира помолчала, разглядывая его.

– Ладно, пройди. Но я тебя не приглашала. Смотри не пожалей.

– Не из жалостливых… – проворчал Служкин, впираясь в прихожую.

– Ну, я объясняла тебе, в кино иду, – уйдя в комнату переодеваться, раздраженно сказала кому-то Кира.

В комнате послышался хруст дивана, щелканье ременной пряжки, и на порог вышел атлетически сложенный молодой человек с квадратными плечами.

– Этот, что ли, тут самый крутой? – оглядев Служкина, спросил он.

– Вернись и не лезь в бутылку! – одернула его Кира.

В лифте, взяв Служкина под руку, Кира насмешливо сказала:

– Ты, наверное, хочешь спросить, кто это был?

– Я и так знаю. Брат. Или сантехник.

– И как ты к этому относишься?

– Никак. – Служкин пожал плечами. – Атлет объелся котлет.

– Вообще-то он тебе соперник.

Они спустились с крыльца и зашагали по мокрому асфальту. Недавно выпавший снег не удержался, растаял, а грязь замерзла. Газоны, по которым разворачивались легковушки в тесном дворе, превратились в барельефы, в черную фигурную лепнину. Студеная поздняя осень старчески слепла. Туманная морось покачивалась между высокими многоэтажками. С их крыш медузой обвисало рыхлое и дряблое небо.

– Если тебе все безразлично, давай вернемся, – сердито сказала Служкину Кира, памятуя об атлете.

– Ты же сама хотела пойти этот фильм посмотреть. Билеты на руках, Будкин вечером нас встретит. Поздно оглобли поворачивать. И вообще, я же предупреждал, что не люблю американские боевики…

– А я вот люблю, и будь добр это стерпеть. Только в них и можно настоящего мужика увидеть.

Они успели приехать вовремя и даже не очень пострадали в автобусе. На щите перед кинотеатром был изображен летящий в звездном небе мотоцикл с голой девкой верхом. Гардероб в фойе не работал, вешалки торчали за барьером как рога оленей. В зеркальном, музыкальном и разноцветно иллюминированном баре красивая продавщица торговала баночным пивом и сигаретами. По фойе слонялась толпа крепышей в расстегнутых пуховиках. Крепыши были с девушками; они, угрожающе глядя исподлобья, пили пиво, мяли банки и с грохотом бросали их в урны.

– Новое поколение выбирает опьянение… – бормотал, озираясь, Служкин. – Молодежь тянется к культуре: пришла узнать, чем отличается Тинторетто от «Амаретто»…

– Слушай, помолчи, – поморщилась Кира.

Но Служкин на всем скаку остановиться не мог. Они прошли в зал, сели, фильм начался, а Служкин все еще дребезжал:

– Многомиллионный город терроризирует маньяк-убийца, – подражая интонациям рекламного ролика, шептал он. – Полицейский-одиночка вступает в единоборство с бандой. Погони, схватки, каскад головокружительных трюков, настоящие мужчины и прекрасные женщины – все это в новом американском супербоевике «Мертвые не потеют». В главных ролях – неподражаемые Реп Паренн и Хруст Реббер…

Сюжет фильма был замысловат. Злобный Маньяк крошил всех подряд, носясь на мотоцикле во главе Банды. Банда гнездилась на верхнем Этаже заброшенного небоскреба. Лестницы в нем были взорваны. К себе на Этаж Банда попадала, прыгая с разгона на мотоциклах с крыши соседнего, тоже заброшенного небоскреба.

– Это главная художественная находка авторов фильма, – прокомментировал ситуацию Служкин.

Банда поймала Девку и изнасиловала ее. Причем сам Маньяк делал это, привязав Девку к мотоциклу и носясь по крыше. Потом Банда выбросила Девку вниз со своего миллионного Этажа. Девка, естественно, шлепнулась в машину с мусором и выжила. Девка пошла скандалить в полицию. А начальником полиции был брат-близнец Маньяка. Он Девку арестовал и хотел вернуть огорчившейся Банде, чтобы та все-таки прикончила Девку как следует. Девку охранял Лучший Друг Полицейского. Когда Банда пришла за Девкой, он в страшной Битве погиб, защищая жертву, но успел направить Девку к своему лучшему другу – Полицейскому. Девка застала Полицейского дома одного, он в слезах листал альбом с фотографиями Лучшего Друга.

– А по выходным он обычно ловит сачком бабочек, – развил образ Полицейского Служкин.

Полицейский был необыкновенно молчаливым и нелюдимым типом. Начальство он презирал, никогда с ним не разговаривал и всегда поступал вопреки приказам. Девку он ненавидел, а Маньяка вообще не считал за млекопитающее. Во всех случаях жизни он произносил только одно слово «Фак!».

– Сейчас Полицейский станет всех рубить в капусту, а начнет с самого наглого и мозглявого, – предупредил Служкин.

– Если ты уже смотрел, то дай и мне! – прошипела Кира.

– Разве бы я выдержал дважды прожевать эту ботву?…

Дело пошло по служкинскому прогнозу. Братец-Начальник упек Полицейского за решетку, а Девку отдал Банде. Маньяк повез Девку убивать.

– Дурак, – расстроился за Маньяка Служкин. – Ему надо было сделать пластическую операцию и сдаться русским. Может, и выжил бы.

Но Маньяк был глупее Служкина и жить совсем не хотел. Он привез Девку на свой пресловутый Этаж, опять раздел ее и привязал к «Харлей Дэвидсону», собираясь с Бандой повторить всю Программу. Тем временем Полицейский поднял в тюрьме Бунт, все там погнул и сломал и убежал, повиснув на шасси вертолета. Потом Нью-Йоркский воздушный флот начал биться с ним среди громад Манхэттена. Из горящего вертолета Полицейский спрыгнул на Этаж Маньяка. Свой геликоптер, потерявший актуальность, он направил на соседний дом, с которого Банда и прыгала в свое логово. Дом разнесло к едрене-фене. Пока Полицейский разделывался с Бандой, Маньяк быстро поумнел и решил удрать. Девка погналась за ним, напялив шлем, но ничем не прикрыв срама. Маньяк, Девка и Полицейский дружной стайкой долго носились по карнизам и балконам на мотоциклах. Наконец, Маньяк изловчился прыгнуть, как обычно, на соседний дом – а дома-то уже и не было. И он гробанулся о мостовую так, что оторвалась непутевая Голова. Голова, кстати, прилетела точно в машину Сенатора, который совсем запутался в близнецах и темных делишках и хотел взорвать Нью-Йорк атомной бомбой. А Полицейский пулей – конечно, последней – разнес колесо у мотоцикла Девки, которая хотела повторить полет Маньяка. Девка осталась жива и долго целовалась с Полицейским на фоне финальных титров.

Свет в зале зажегся, и публика, уважительно покрякивая, вразвалку двинулась к выходу.

– Ты мне испортил все удовольствие, – вставая, с холодным бешенством сказала Служкину Кира.

Служкин только стонал и держался за голову, волоча ноги.

Они вывернули из-за угла кинотеатра на площадку. Уже совсем стемнело – по-осеннему густо, мглисто, неровно. Синий неоновый свет передней стеклянной стены кинотеатра выпукло и однотонно выделял ряд блестящих автомобилей, похожих на клавиши рояля.

– Вон наш экипаж. – Служкин кивнул на будкинскую «вольво».

Кира неохотно взяла Служкина под руку.

И тут из темноты возле машины появилось пятеро каких-то типов. Трое остановились в стороне, один подошел к капоту, а еще один сунулся в открытое окошко, где светилась багровая искра сигареты Будкина. О чем была беседа, никто не слышал, но тип у дверки полез в окно рукой, чтобы открыть машину. Второй тип по-хозяйски уселся на капот.

Через мгновение тот парень, что лез в машину, вдруг растопырил руки, словно восклицая: «Да ба-а!…» – и задом сел в грязный газон. Дверка открылась, Будкин вылез и деловито съездил снизу в челюсть седоку на капоте – тот, мелькнув подошвами, кувыркнулся на другую сторону. От троицы отделился еще один боец, который добежал до Будкина, а потом резко развернулся и поковылял прочь. Он скрючился, выпятив зад и обеими руками скомкав в горсть штаны в паху – так отжимают плавки купальщики, не желающие раздеваться. Через миг вся компания исчезла в кустах.

Кира присвистнула и сощурилась, разглядывая Будкина.

– За что бился? – подходя, спросил Служкин.

– Парнишки номером автобуса ошиблись, – пояснил Будкин.

– Знакомься, старый пень: это Кира, моя… м-м… коллега.

– Очень приятно. – Будкин сдержанно приложился к ручке Киры.

– Ну, гони к цыганам, – распорядился Служкин.

– Я бы покаталась, – нейтрально заметила Кира.

– Э-э… – озадачился Служкин. – Я же отец семейства, народный учитель… Мне домой надо.

Они втроем замолчали. Будкин грустно поглядел на Киру, тяжко хехекнул и отошел в сторону покурить.

– Ты что-то хочешь спросить? – поинтересовалась Кира у Служкина.

– Да, в общем, нет, – подумав, сказал Служкин и открыл перед ней переднюю дверцу.

Дата добавления: 2014-11-29 ; Просмотров: 246 ; Нарушение авторских прав? ;

Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет

источник

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Летний вечер был тосклив, как очередной визит к врачу, и ничто не предвещало заметных перемен. Назойливых комаров с удовольствием заменил бы на весёлую собеседницу, но никого не ждал, и никто не собирался скрасить холостяцкое одиночество. В полудрёме возникали как знакомые, так и образованные видениями создания, всегда игравшими немаловажную роль в судьбе. Вначале материнская опека и ненавязчивый надзор старшей сестры. Потом школьные и студенческие подруги, и просто миловидные представительницы слабого пола, которых я никогда не сторонился, а напротив, немало времени проводил в их обществе. Так как я не мог соперничать с Аленом Делоном, один внешний вид которого располагал дам к продолжению телесного знакомства, приходилось потом и кровью осваивать тернистый путь, на котором попадались ревнивые мужья и хмурые неудачники. Но преграды не останавливали, а раззадоривали. В конце пути звучали победные фанфары (не путать со свадебным маршем Мендельсона), жаркие поцелуи, предвещающие не менее волнительные любовные игры. Главное, в многовековой забаве не доводить ситуацию от потоков слез и размазывания косметики до заверений в вечной любви. Любовь – любовью, но необходимо вовремя и решительно пресекать всяческие попытки окольцевания. Не дозволять, чтобы тебя, похлопывая по загривку, отвели, объезженного и взнузданного, в семейное стойло. Пока мне это удавалось, но за всё надо платить, в том числе и за холостяцкую свободу. Уверен, что у противоположного пола отличные от моих взгляды, и есть немало причин и доводов быть убеждённым в своей правоте. Но на то мы и противоположности, чтобы по-разному относиться к одним и тем же событиям.

А при моём образе жизни всегда возможен неожиданный поворот событий, вместо размеренного распорядка добропорядочного семьянина. Можно просто предаваться лени, как сегодня, или резко поменять атмосферу и навестить какого-нибудь, кто положительно воспримет твой приход. Или отправиться туда, не знаю куда, но где твоей персоне будут рады и, наверняка, найдешь пару-тройку смазливых спутниц, готовых любезно подать тебе утренний кофе в койку. Вообщем, существует масса вариантов, как разнообразить вечер или найти, как говорится в народе, приключения на своё мягкое место.

Будничные раздумья, как скоротать вечер, и извечный вопрос: «Что делать?» прервал телефонный звонок.

«Вот и ты сейчас сгодишься и кому-то пригодишься» радостно подумал я, совершенно не сомневаясь, что и ещё кому потребовался компаньон на ближайшие часы.

Незнакомый голос, прошуршавший в трубке, немного озадачил и заинтриговал:

Я, как в детской считалочке, продолжил:

– Роза, мимоза, мак. Все цветы мне надоели, кроме…

– Оставьте ваши дурацкие шуточки с цветами, – голос в трубке не поддержал моего игривого настроения:

– Я не цветок, я – Розалинда. Имя такое, – назидательно, как в школе, пояснила она и закончила привычно поставленным голосом. – Круча.

Все понятно. В нашем городе не так много людей с подобной фамилией и редкой профессией антиквара. Да и жили мы на соседних улицах. Наш район считался спальным, без многоэтажек, только частные особняки с земельными участками. И, соответственно, здесь обитали состоятельные горожане, так сказать, элита местного розлива. Семья Тихона Андроновича Кручи, жившего на соседней улице, входила в этот круг. Хотя и я здесь обосновался вот уже как несколько лет, но попал сюда по чистой случайности, и не стал «своим» для местных обитателей, но и изгоем они меня не считали. Со многими встречались и были знакомы благодаря специфике моей теперешней работы – консультанта по вопросам безопасности или, как называют иные, частного детектива. Работу нельзя назвать очень уж приятной и о ней не мечтают в детстве. Но кому-то надо заботиться о безопасности чуждых и незнакомых тебе людей или следить за ними, следуя указаниям клиента. Не из-за страсти к подглядыванию в замочную скважину, а в соответствии с прозой повседневной жизни – кушать надо каждый день. Для чего зарабатывать на хлеб, желательно с икрой и маслом, да и на всё иное, сопутствующее достойному существованию – жильё, одежду и прочие мелочи жизни, делающие её сносной. Пригодились полученное образование и практический опыт.

Читайте также:  Потеет в промежной области у мужчин

Окончив юридический факультет и проработав около десяти лет следователем в прокуратуре, теперь я самостоятельно зарабатывал на жизнь частной практикой. Это только красиво звучит: риск – дело благородное. Риск, неотъемлемая часть моей сегодняшней профессии и не всегда безопасная. В прошлом году мы похоронили одного из наших коллег – его зарубил один ненормальный ревнивец, ошибочно приняв за любовника, а не телохранителя.

Я уже свыкся с угрозами и запугиваниями, но никак не могу привыкнуть на посягательства на мою внешность и здоровье – несколько раз меня довольно сильно били. Мне не понравилось. И мой характер от данных мероприятий не улучшился, за исключением невольно приобретенной привычки к постоянным тренировкам по рукопашному бою, позволявшим держать себя в хорошей форме. С другой стороны, стройная фигура высоко котировалась в дамском обществе: поставьте рядом подтянутого, с накачанными мышцами молодого человека и более пожилого, да ещё начавшего заплывать жирком. Десять из десяти предпочтут провести вечер с первым.

– Дмитрий Александрович, – продолжал, показавшийся заплаканным, голос. – Добрый вечер.

– И вам того же, – учтиво поприветствовал я.

– А вот для меня-то он как раз и не добрый, – подавленно прозвучало в ответ. – Я, как вам уже сказала, жена Кручи.

В ожидании продолжения, прикидывал: зачем я мог понадобиться? Начало беседы какое-то неопределенное, не знаешь что и ответить.

– Тихон ушёл, – печально продолжила собеседница, но совсем не так, как сообщают о рядовом походе в булочную за хлебом.

Мне были неинтересны конечные точки маршрута и мотивы путешествия Кручи, хотя он мог уйти не «куда», а от «кого», и поэтому уточнил:

Насколько мне известно, брачная жизнь у семейства Кручи складывается как нельзя удачно. Муж делал хорошие деньги на перепродаже антиквариата, а Роза-Розалинда прекрасно содержала квартиру в образцовом порядке, была большой любительницей принимать гостей и, как утверждают злопыхатели, не только в доме и не всегда в дневное время. Благо стареющий муж не страдал припадками ревности и смотрел сквозь пальцы на шашни своей половинки. Несколько раз я бывал у них, но исключительно по необходимости и делам по работе. При встречах на улице мы вежливо раскланивались, но на Новый Год друг к другу в гости не ходили и поздравительными открытками не обменивались. Кручу помнил, а вот образ жены как бы растворился, и я смутно представлял её. Единственное, знал, что Тихон намного старше.

– Из жизни. – Мои догадки и неполадках в семье не оправдались. Тихон Андронович ушел туда, откуда не возвращаются.

– Умер? – Вопрос, кажущийся на первый взгляд глупым, таковым не являлся. В своей работе я видел много разных способов лишения жизни. В том числе и не по собственной воле.

– Вроде бы умер, – не уверенно ответила она. – А может и убили.

Предположения относительно способа ухода из жизни антиквара давали пищу для размышлений. Профессия Кручи была связана с деньгами и сопутствующим риском, и порой антиквары умирали не от старости, и не своей постели. А бизнес Тихона Андроновича, конечно, тоже соприкасался с чем-то не совсем законным, а может быть, даже и криминальным. Но о его делах, способных привести к такому печальному финалу, слышать не приходилось.

– Э-э, – замялся я, пытаясь вспомнить, как её зовут по паспорту, а не придуманному имени.

– Роза Константиновна, – прозвучала подсказка.

– Роза Константиновна, примите мои глубочайшие соболезнования, – я старался, чтобы в моём голосе звучала скорбь, и боялся сфальшивить.

– Принимаю, – поблагодарила вдова. – Но вам звоню совершенно не для того, чтобы услышать банальное сочувствие. Мы ведь, практически, незнакомы.

Мне нечего возразить, да и я не знал, что в таких случаях говорить.

– И что вам до малознакомой женщины? – Не ожидая ответа, раздраженно продолжила она. Готов поклясться, фраза явно была выхвачена их какой-то мелодрамы и, для полноты картины, сопровождалась прикладыванием тыльной стороны ладони ко лбу.

– Роза Константиновна, – участливо начал я.

– Зовите меня Розалиндой или попросту Розалией, – Не дослушала Круча и перебила. – Я моложе вас, и так нам будет удобнее.

Ну да, девочка и в тридцать пять будет утверждать, что совсем недавно отмечала своё двадцатилетие, не уточняя, в годах или десятилетиях измеряется слово «недавно». Будем играть по предложенным правилам. Чем теснее и доверительнее контакт с клиентом, тем скорее приходит взаимопонимание. Хочет быть Розалиндой-Розалией, пусть будет. Праздная жизнь быстро развращает и создает вокруг таких дам иллюзионный мир и подражание величественным, благородным и, обязательно, богатым героям их любимых слащавых сериалов. Но думаю, при встрече у неё хватит ума не протягивать руку для поцелуя. Ручки, как и другие места, я могу целовать, но в определенной обстановке и только у понравившейся дамы.

– Хорошо, Роза Константиновна. – Я решил придать официоза. – Чем могу быть полезен?

– Вот вы, кажется, именно тот, кто может мне быть полезен сейчас. – В трубке всхлипывания стали заметно реже. – Поэтому и звоню.

– Так что я могу сделать для вас? – Подталкивал я Розу перейти непосредственно к делу. – Почему вы решили обратиться именно ко мне?

– Из беседы Тиши с одним нашим общим знакомым я поняла, что вы работали в КГБ, – ошарашила меня Круча. – И если без лишнего шума с положительным результатом нужно решить вопросы безопасности, то он рекомендовал обращаться к вам. – И добавила неуверенно. – Но вообще-то я думала, что КГБ больше не существует.

– Вы не ошиблась, уважаемая Розалинда. – От самого такого факта я развеселился и перешел на предложенную недавно форму общения. – Я был еще юнцом, когда КГБ перестало существовать. Его больше нет, всё в далеком прошлом. Но это была могучая отлаженная организация. Правда, там понимали безопасность по-своему, но работу свою знали и успешно справлялись с поставленными задачами. При них такой вседозволенности, как сейчас, не было. Недовольных сажали, а слишком недовольных, как Троцкий, могли и ледорубом тюкнуть по голове. Да и за границу попадали по великому блату или за согласие стучать на товарищей по турпоездке.

Не понятно, к чему относилось разочарование. К тому, что убивали и сажали, или, что больше нет таких исполнителей.

– Я же, наоборот, стараюсь, чтобы никого невинного не посадили и тем более не убили. – Пояснил просто, но доходчиво. – Являюсь консультантом по вопросам безопасности, сокращенно КВБ. – Повторил по слогам. – Буквы вроде бы похожие, но не совсем одно и тоже.

– Тогда все верно, вы тот, кто мне нужен. – Жёстко, не допуская возражений, заявила Роза. – В связи со смертью мужа я и решила обратиться к вам по вопросам безопасности.

– Роза, вы, наверное, не поняли, – продолжил дружелюбно. – Я решаю вопросы безопасности для живых. Мёртвые нуждаются в услугах других специалистов.

– Да причем здесь мёртвые? – Нервно возразила вдова. – Вопрос о моей личной безопасности.

– Ну, а вы-то, чего опасаетесь? – Я был немного удивлён предложением.

– Меня хотят убить, – выпалила вдова.

Заявление прозвучало неожиданно, но многообещающе. Богатый муж-антиквар, напуганная вдова, а у меня, как пел Высоцкий: «гусей, не кормленных, косяк, но дело даже не в гусях, а всё неладно» – долги из-за строительства дома прочно держали за горло. Конечно, грубо думать о материальной выгоде – покойника ещё не закопали. Но таковы реалии моей профессии. Занимаясь чьей-то охраной, постоянно сталкиваешься с теми, кто хочет её нарушить. Как ни цинично звучит, но я зарабатываю на угрозе жизни другим, и это наложило определенный отпечаток на образ мышления. Как в кино: ничего личного – бизнес.

– Во-первых, успокойтесь, Роза Константиновна, – от неожиданности такого поворота событий, забыв про Розалинду-Розалию, непроизвольно обратился к ней по имени-отчеству. – Смерть вашего супруга не означает, что кто-то желает и вам того же…

– Нет, – Не дала договорить вдова. – Я не психопатка с навязчивыми идеями. Мне сегодня звонили и угрожали.

– А когда умер Тихон Андронович? – Смирившись с неизбежным начал её расспрашивать уже как клиентку.

– Но позвонили только сегодня?

– Не знаю, может, звонили и раньше, но эти два дня в доме толкалось столько ментов, что мне было не до звонков. Расспрашивали, записывали, отпечатки снимали. Полнейший дурдом.

Её жаргончик добавил несколько штрихов к облику потенциально клиента. Интонации голоса выдавали крайнюю степень раздражения, что можно было понять. Жила, ни о чем не заботясь, и тут смерть мужа, полиция, похороны, угрозы. Не дай бог ещё любовник вылезет из-под кровати или спрячется на чердаке… Есть от чего если и не сойти с ума, то нервы потрепать основательно.

– Узнали голос звонившего? – Как положено в таких случаях, уточнил я.

– Нет. – После некоторой паузы ответила Роза Константиновна и жалобно попросила: – Вы должны мне помочь и что-нибудь для меня сделать.

– Розалинда, – я перешел на удобную и приятную ей форму общения. – У вас есть кто-то рядом, в доме? Имеются в виду друзья, близкие?

– Да. Есть тут и родные, и знакомые, – опять судорожно всхлипнула она. – Я уже боюсь их всех. Так смотрят, будто я во всем виновата.

– Не волнуйтесь. Вам только кажется. – Стараясь успокоить её, попробовал говорить убедительно.

В ответ послышалось шмыганье носом.

– Раз звонили, значит, что-то хотят от вас, и убивать сейчас не будут. – Я уже прикидывал, кем же могут быть эти «они». – Да и народ в доме, – привел ещё один аргумент.

– Ну, спасибо, успокоили. – Роза хотела подчеркнуть своё неудовольствие таким отношением к себе. – Значит, грохнут не сегодня, а подождут до завтра?

По телефону решить все проблемы невозможно, надо ехать на место.

– Думаю, в ближайшее время ничего не случиться. – Я предлагал ей пока горькую пилюлю, но другого лекарства нет, и надо трезво оценивать своё положение. – Уверен в этом. А пока попросите кого-нибудь из близких остаться сегодня ночевать. Одного-двух человек.

– Ладно, мне даже некоторые предлагали. – Без колебания согласилась Розалинда.

– Я сейчас заеду к знакомым ребятам из охранного агентства и через часик мы подъедим и посмотрим, что нужно сделать.

Ответа я не ждал, выбор сделан, приступаем к работе.

– Завтра, – устало сообщила Розалия. – Как обычно, на третий день.

Я произнес что-то невразумительное, должное означать очередное сочувствие.

– Хотя я и не знаю, православный он или еще какой веры. – Разоткровенничалась вдова. – У него же не было родственников, он из детдомовцев. Иконы у него были, но они для работы. А чтобы он ходил в церковь, мечеть или синагогу, такого не припомню.

Вот так и прошла жизнь рядом с близким человеком – умер, а жена не знает, по какому обряду предать его земле. Покойному безразлично, но существуют определенные традиции. Вдова всё практично оценила и, не став копаться в тонкостях вероисповедования, решила сделать так, как ей проще.

– А экспертизу провели? – Зная практику следствия, уточнил я. – Труп отдадут?

– Да, звонили, сказали, можем забирать. Завтра из морга сразу на кладбище, – в трубке фыркнули. – Тиша заранее побеспокоился, купил участок.

Интересно, он чего-то боялся или это простая предусмотрительность, распространенная в последние годы? Многие «новые русские» хотят быть похоронены чуть ли не в фамильных склепах, но не всякий из них знает свою родословную дальше третьего колена.

– Потом поминки, – уныло пояснила она. – Не знаю, много народа придет или нет. Тихон ведь мало с кем близко сходился, хотя знакомых почти полгорода.

Несмотря на такое заявление, я был уверен, что у расторопной вдовы уже составлен подробный список участников траурного мероприятия, а также смета расходов.

– Надо же, – вдруг, совсем не к месту, пожалела Роза. – А у нас билеты на сегодняшний концерт, теперь пропадут.

И так бывает – покойник оказался виновным не только в том, что умер, но и в том, что умер не вовремя, лишив супругу полагающихся ей зрелищ.

Выслушивать дальнейшие причитания не имело смысла. Для составления объективной картины нужно пообщаться лично, в таких делах мелочей не бывает. Любая, даже небольшая, оплошность и недосказанность может стоить чьей-то жизни. Или денег.

– До встречи, выезжаю, – закончил разговор, окончательно принимая предложение.

Быстро собравшись, позвонил Борису, директору охранного агентства «Скорпион». С ним, помимо дружеских, у меня были давние деловые отношения. Обсудив детали предстоящей работы, поехал к нему.

Несмотря на то, что у меня довольно новый БМВ, а до офиса Бориса чуть более десяти километров, добирался до него около часа. Не из-за того, что были пробки на дорогах, а потому, что, как отметил великий Гоголь, в России две беды: дураки и дороги.

И именно вторая напасть доставала автовладельцев нашего города до самых печёнок.

Каждый год всё лето по дорогам ползали асфальтоукладчики, суетились дорожные рабочие. Но также регулярно, каждую весну с последним снегом асфальт исчезал с дорог, оставляя на них рваные раны, как после бомбежек.

А в дураках оставались мы, налогоплательщики, деньги которых, выделяемые на ремонт, благополучно перекочевывали в карманы местных чиновников и руководителей дорожных фирм. Неплохо шел бизнес и у владельцев автосервисов, ремонтными работами они были обеспечены постоянно.

Городок наш неплохой, старинный. Есть упоминания, что во времена татаро-монгольского ига через него проходили русские войска на Куликово поле. И во время становления Московского государства наше сторожевое поселение с казаками и стрельцами играло важную роль в охране российских рубежей, постоянно подвергавшихся нападению воинственных соседей.

В годы индустриализации, в тридцатых годах прошлого столетия, вид города сильно изменился. Многочисленные новостройки вытеснили одно и двухэтажные дома. Были возведены предприятия, открыты новые учебные заведения. Архаичные постройки сменились домами из стекла, кирпича и бетона, но стремление быть ближе к природе осталось, как и у наших предков. Так и возник на окраине города наш поселок, со всеми благами цивилизации и в шаговой доступности от первозданной природы. Прямо за домом начинался подмосковный лес с грибами и ягодами, недалеко протекала река с рыбой и раками, где летом симпатичные девчонки загорали на берегу.

Городское население перевалило за двести тысяч. Молодёжь днем корпела над учебниками в филиалах московских ВУЗов, а ближе к ночи заполняла развлекательные площадки, успешно транжиря родительские деньги. Одни деньги тратят, а другие накапливают. В результате появляются люди, у кого денег намного больше, чем у среднестатистического жителя, и эти люди заботятся о своей безопасности. И с ними надо поддерживать хорошие отношения, чтобы самому не остаться без средств к существованию. Поэтому по первому зову я и поехал на ночь глядя к малознакомому, но кредитоспособному клиенту.

В «Скорпионе» меня уже ждали двое специалистов, сели в машину, и мы вернулись назад, в Долину. Долиной или Долиной Бедных наш район прозвали из-за состоятельных жителей частных особняков, живущих здесь по своим, неписаным правилам.

Мои заработки несравнимы с доходами большинства здешних жителей, но после выполнения одной успешной работы мне в качестве оплаты был передан почти готовый особнячок с участком. Небольшие вложения и весёлые таджики с молдаванами быстро довели его состояние до пригодного к проживанию. Соседские дома строились по генпланам солидными дядьками, в соответствии с утвержденными чертежами, и обстановку в доме подбирали только по совету дорогих и популярных дизайнеров. Я же сам таскал кирпичи, а проект строительства моей «крепости» обсуждался с работягами вечером у костра, когда готовили ужин и пили водку из пластиковых стаканчиков.

Дом я потом обставил мебелью из «Икеи», которую сам же и собрал. Получился по-настоящему Мой Дом – Моя Крепость, и мне нравиться жить здесь, независимо от затянувшегося долгостроя.

Проклиная дорогу и руки дорожников, которые, наверное, росли совсем из другого места, чем у обычных людей, наконец добрались до цели визита.

В такой траурный день представлялось, что и природа должна безмолвствовать, но жизнь не остановилась – где-то рядом надсадно хрипела гармошка и пьяные голоса распугивали тишину наступивших сумерек, заглушая щебетанье птиц, устраивающихся на ночлег.

источник

Понравилась статья? Поделить с друзьями: